Даже если я попытаюсь влюбиться в тебя

Аманэ привык держаться в стороне — не из-за гордости, а скорее из-за осторожности. Он смотрит на мир через стекло: близко, но не прикасаясь. Эносима кажется очередной остановкой — новый класс, новые лица, та же отстранённость. Но Рюдзи оказывается другим. Солнечный, неловкий, слишком искренний. Он не отступает, даже когда Аманэ молчит. Он улыбается, даже когда не получает ответа.

И что-то в Аманэ начинает сдвигаться. Медленно, почти незаметно. Взгляд задерживается дольше, сердце пропускает удар в коридоре, и вдруг обычные моменты наполняются странным теплом. Может ли Рюдзи стать тем, кто разрушит стены? Или чувства так и останутся несказанными? Их история — как море у Эносимы: спокойное с виду, но с глубиной, которую не видно сразу.